«Журнал "15 суток" выписывали?». Как гомельский политзаключенный находит радость в тюремных буднях

| Асобы

Вот уже 6 месяцев в заключении держат гомельского программиста Станислава Мочалова. За это время ему предъявили еще несколько уголовных статей. Письма почти перестали приходить. О тюремных буднях и поддержке Флагштоку рассказала его подруга.




Это одни из последних писем Стаса. По тексту и рисункам видно: несмотря ни на что, он не унывает. Более того, ко всему происходящему относится как к фарсу.

«Этим летом решил заняться недвижимостью. Лежу и не двигаюсь», — подпись к одному из его рисунков. На нем человек на нарах — Станислав.





Или вот, например:

«Журнал "15 суток" выписывали? Пройдемте. Едем в читальный зал».

Удивительно, но эти письма доходили. После того, как некоторые из них были опубликованы в СМИ, письма Станислава стал читать следователь. 

Сидит Станислав в Гомельском СИЗО. Частенько «празднует новоселье», меняя камеры, хотя после 6 месяцев, по словам Станислава, в любом месте «или ты уже знаешь почти всех, или слышали и узнают тебя». Сейчас в камере вместе с ним 10 человек. В основном по «наркотической» статье — 328. В письмах своей подруге Светлане Якубович пишет «Здесь таких сказок наслушаешься». Например:

«Один человек рассказывал, как он пробовал галюциногенные грибы. Съел несколько штук, вроде бы ничего не чувствовал. Тянется за следующим, а грибы вдруг разбегаются и прячутся от него..."Я вижу как один спрятался за шторой, иду к нему, а другие грибы начинают со мной разговаривать". Так что здесь таких сказок наслушаешься», — пишет Станислав.





Рассказывая об этом Светлана смеется. Это говорит о том, что человек не теряет бодрость духа, осознавая при этом всю абсурдность ситуации, в которой оказался.

Если говорить серьезно о том, что с ним происходит, все не так радужно. После 15 суток, которые он отсидел весной, у Станислава начались проблемы с давлением. Летом в СИЗО они только ухудшились — душная камера, большая часть соседей курит. Начались гипертензия и частые головокружения. Пытались передать, прописанные врачом на воле таблетки, не приняли. Тюремный доктор выписал «Каптоприл».

Не разрешили передать Станиславу и книги по рисованию. Благо, по программированию уже дошли. Чтобы не терять квалификацию, читает их. Кроме этого получил от Светланы распечатки с упражнениями без спортивных снарядов. К здоровому образу жизни пытался приобщить и сокамерников.

В камере Станислава есть кипятильник. Часто просит передать ему макароны быстрого приготовления, чтобы вместе с сокамерниками можно было заваривать. Когда приняли красную рыбу, бутерброды ели всей камерой.

В обход тюремной цензуры Светлане даже удавалось передавать тексты песен. Слова «Жыве Беларусь», она заменяла на «Цвіце».

Сейчас же письма почти не доходят. Причем, в обе стороны. Видимо, связано с подвижками в деле Станислава. К 342-й уголовной статье ему добавили еще несколько. Какие именно, разглашать нельзя — тайна следствия. Но, говорит Светлана, к концу ноября дело уже должны передать в прокуратуру.




Стас Мочалов


На допросы по делу Станислава вызывали всех: его больную мать, к отцу тоже хотели прийти — кое как этого удалось избежать, в связи с тем, что он практически не выходит из дома, в связи с заболеваниями. Маму Светланы тоже вызывали к следователю. Кстати, Светлана тоже фигурант этого уголовного дела, но как свидетель. Вместе с ней еще несколько человек, в том числе Алина Бирюкова, чья мама тоже в тюрьме.

Светлане недавно отдали паспорт. Всё это время она жила без него. Его забрали как «вещественное доказательство». Доказательство чего — неважно. Мимо официальных бумажек, ей сказали «Забрали, чтобы никуда не уехала». Потому как о таких планах силовики знали.

Незадолго до задержания Станислава, они одновременно подали паспорта в визовый центр, были планы путешествия в Польшу. Туда собиралась релоцироваться IT-фирма, в которой работал Станислав. 27 мая они забрали паспорта, а 28 к ним пришли.

Светлану после обыска с изъятием техники и паспорта отвезли на допрос в следственный комитет, как и Станислава, но Станислав на свободу так и не вышел. Допрашивали насчет участия в митинге 20 сентября прошлого года. Как теперь обернется дело — неизвестно.

За это время Станислав получал предложение от Воскресенского о помиловании, но сказал, что «С карателями не договариваюсь». Сейчас его держат, как «склонного к экстремизму», водят на «профилактические беседы», а он всеми доступными способами пытается отстоять свои права. Изучил уголовный кодекс и каждое замечание оспаривает.

«Стас — боец», — говорит Светлана. Она знает, что он справится. Знает, что справится и она. Правда, делать это день ото дня становится сложнее. После административных суток весной ее уволили. На новую работу не берут. Денег все меньше, а помогать нужно не только Станиславу, но и его пожилым родителям.


Волонтерское движение в Гомеле, в котором состоит и Светлана, зажато в такие рамки, что нормально функционировать становится очень тяжело. Тем не менее, за тюремными стенами, находятся тысячи людей, которым очень нужна поддержка.

Мы оставим банковскую карту, на которую вы можете перечислить средства для помощи семье Станислава.

5326 5800 0183 5344
10/24
LIUDMILA MACHALAVA

Поддержать письмом Станислава можно по адресу:
246003 СИЗО-3, Гомель ул. Книжная 1А
Мочалов Станислав Валерьевич


Флагшток


«Вельмі верыць у беларусаў і Украіну, што ўсё будзе добра». Сястра асуджанага на 6,5 года гомельца — пра яго затрыманне, прысуд, лісты з калоніі

| Асобы

18-гадовага Іллю Верамеева схапілі на чацвёрты дзень вайны — пасля ягоных заклікаў у мясцовым чаце аказваць супраціў і пачаць дзейнічаць.