Сводки отзывов по проекту строительства пункта захоронения радиоактивных отходов (ПЗРО) в Беларуси прокомментировал по просьбе Флагштока радиационный химик, исследователь катастрофических рисков Сергей Бесараб.
В предыдущей публикации Флагшток собрал примеры замечаний заявителей и ответы БелРАО.
Как отметил ученый, радует то, что «ответы, по крайней мере, попросту существуют». Однако во всех ответах «просматривается неприкрытое уклонение от ответственности регулятора, не дается ответ по существу вопроса, вместо этого через ссылки на бюрократические документы методично исключаются из публичного поля самые критические риски», считает эксперт.
«Власти вынесли на суд общественности "пустую коробку"»
По словам ученого, власти вынесли на суд общественности «пустую коробку», пообещав разработать механизмы безопасности позже, кулуарно, когда сам проект и площадка будут уже юридически утверждены:
«Обществу предложили обсуждать следствие, спрятав от него причину. Государство официально захлопнуло для всех нас дверь дискуссии на национальном уровне, выведя главные ответы за пределы процедуры ОВОС (в том числе в недоступные, и не известно существующие ли вообще, Отчеты по обоснованию безопасности). Спорить с ними в поле их локального законодательства больше бессмысленно».
Но собеседник обозначил несколько «наиболее вопиющих вещей» и привел в пример вопрос: «Бетон внутри контейнера не отводит водород от распадающихся изотопов и влаги (радиолиз). Возрастет давление, которое порвет бетон задолго до конца проектного срока. В ОВОС про радиолиз нет ни слова».
Один из вариантов архитектурно-планировочного решения ПЗРО
Ответ БелРАО был таким: «Настоящий отчет об ОВОС является документом экологической оценки и не содержит детальных технологических характеристик оборудования (…) Полный комплекс физико-химических расчетов, включая оценку объемов генерации радиолитического водорода и обоснование взрывопожаробезопасности, приводится в специальном документе – Отчете по обоснованию безопасности (ООБ), подлежащем экспертизе Департамента... (Госатомнадзора)».
Эксперт прокомментировал:
«Я не юрист, но кажется мне что это хрестоматийное процедурное нарушение международного права. Потому что ООБ — это закрытый ведомственный документ. Власти фактически открытым текстом заявляют, что вероятность водородного взрыва бетона с изотопами мы считали, но людям мы этого не покажем. Экологическое обсуждение без понимания всех рисков — это нонсенс, т.е. наблюдаем манипуляцию, целенаправленное разделение связанных процессов, скрывающее целостную картину угрозы от независимых экспертов».
«Смотрю в книгу — вижу фигу»
Еще один вопрос, который привел в пример собеседник, касался опасности радиоактивных отходов, на что в БелРАО привели в пример Нидерланды, где на аналогичном объекте проводятся художественные выставки. Это назвали наглядным свидетельством реального уровня безопасности таких сооружений. Такой ответ эксперт тоже подверг критике:
«Смотрю в книгу — вижу фигу. Кто-то помог найти упоминание голландского объекта HABOG (компании COVRA) — здание, которое специально выкрашено в ярко-оранжевый цвет, но не объяснил, чем оно отличается от того, что написано в их же, беларусских чиновников, проекте. Голландский HABOG это надземный (!) вентилируемый климатический бункер временного (!) хранения (не более 100 лет). Его стены из монолитного бетона имеют толщину почти 2 метра, он оборудован сложнейшей системой рекуператоров водорода. А беларусы собираются опустить металлические бочки под землю в мокрый песок без систем вентиляции, залить все пустоты и оставить этот гнить навсегда (как Disposal, а не Storage)».
То есть, отмечает специалист, в БелРАО «привели пример, даже не указав конкретики (чтобы сложнее было проверить) и просто солгали людям, не знающим разницу в физике технологий».
«Прямой путь к катастрофе»
Еще один вопрос: закон прямо запрещает строить ПЗРО в районах грунтов с несущей способностью менее 20 МПа. Но геологи нашли там массу водонасыщенных слоев (плывунов) со значениями 4.4, 7.5 и 12.5 МПа.
В ответе БелРАО указано, что «в случае локального залегания линз грунта с модулем деформации менее 20 МПа будет выполнено замещение грунта в зоне размещения фундаментов».
Сергей Бесараб. Фото: Facebook
Но для укрытий такого типа как заявляется властями (300−500+ лет) основным удерживающим барьером является не искусственная подушка, а сама коренная природная порода, подчеркивает ученый:
«Вместо отбраковки территории, запрещенной государственным же стандартом, проектировщик предлагает просто вычерпать экскаватором слабую глину и насыпать вместо нее привезенного песка/гравия в зону фундамента. Такая технология допустима при постройке ТЦ Евроопт, но для могильника высокотоксичных отходов нарушение материнского слоя — это прямой путь к нерасчетной локальной дифференциальной осадке и как следствие, катастрофе».
«Манипулирование через фрагментацию проекта»
Эксперт выделил и другие моменты, в которых видны манипуляции. Например, относительно отходов отработанного ядерного топлива (ОЯТ), которые планируются к временному хранению на территории ПЗРО. В БелРАО заявили, что обращение с ОЯТ в указанный вид деятельности не входит, вследствие чего размещение и переработка ОЯТ на планируемом ПЗРО проводиться не будет. Здесь опять наблюдаем целенаправленное манипулирование через фрагментацию проекта, считает ученый:
«Чиновники говорят: мы здесь храним "грязное топливо", но оно просто тут "полежит временно", поэтому в текущую Экологическую экспертизу мы не включаем. Выстраивать оценку риска для площадки с кусками тепловыделяющих матриц без финального обоснования конечной точки — это прямое нарушение IAEA GSR Part 5 (Predisposal Management of Radioactive Waste)».
По его словам, в западной модели строительство перевалочной зоны (Transfer & Storing area) в принципе невозможно без прописанного в EIA/ОВОС полного трекинга выбытия материала (End-of-life framework).
