«Нет декрету номер 3, Лукашенко уходи!» Как вспыхнул Гомель во время «тунеядских» протестов 2017 года

| История

В 2017 году вступил в силу декрет Лукашенко «О предупреждении иждивенчества», более известный как Декрет № 3 или декрет о тунеядстве.

Женщина отчитывается перед комиссией в Рогачевском райисполкоме (фото: tut.by)

Неожиданный выход «тунеядцев»

19 февраля 2017 года в Гомеле прошла первая акция протеста против Декрета № 3. Без продолжительной рекламы и попыток согласования мероприятия гомельская оппозиция смогла собрать несколько тысяч человек. Для местных властей акция стала полной неожиданностью. 

Наличие на площади Восстания сельскохозяйственной ярмарки протестующих не смутило 

На митинге экономические требования перерастали в политические. Собравшиеся скандировали: «Нет декрету номер три, Лукашенко уходи!» и «Тунеядцы в Дроздах!» Тогда же на главной улице города появились и немногочисленные национальные флаги. 


фото: Радыё Свабода

С площади Восстания люди колонной беспрепятственно проследовали на площадь Ленина.


фото: tut.by

фото: Радыё Свабода


фото: gomel.today


фото: gomel.today

Наблюдатели оценивали количество участников акции в несколько тысяч человек.

Вторая акция и истерика властей

Вторая акция против тунеядского декрета была приурочена ко Дню Воли 25 марта. Горисполком разрешил сбор на улице Юбилейной. Местные власти, напуганные первым выступлением "тунеядцев", ко второй акции подготовились основательно. 

фото: БелаПАН

фото: БелаПАН

Чтобы не допустить концентрации граждан в центре, властями была разработана масштабная спецоперация. Идея была незамысловатой — физически занять все свободное пространство центра города, чтобы не дать возможность протестующим сконцентрироваться на главных улицах и площадях. 

Площадь Восстания была загромождена ярмаркой, под зданием профсоюзов был установлен пустой палаточный городок, в сквере Громыко стояла техника: тракторы и грузовики, площадку перед кукольным театром автопарк занял городскими автобусами.

фото: БелаПАН

Реакция власти на события 2017 года сегодня не покажется слишком жестокой. Но для практики спокойных «десятых» годов это были необычно массовые протесты, а преследования гомельчан выглядели достаточно жестокими. 

Для участников протестов государство подготовило административные сутки и штрафы. Ставший наиболее известным на волне протестов 2017 года блогер Максим Филипович получил пропорциональное для своей популярности наказание — он не выходил из административных «суток». Журналисты прошли через задержания и прокурорские предупреждения. 

Антитунеядские протесты 2017 года увеличили авторитет независимых СМИ, сделали популярными и влиятельными гомельских ютуб-блогеров, заставили местную вертикаль власти искать новые способы противодействия политическим активистам и блогерам. 

Основной итог акций — успех

Декрет № 3 был приостановлен, а затем изменен до неузнаваемости. Репрессивная часть в виде взимания платы за отсутствие трудоустройства была изъята из закона.

Сейчас закон формально действует и содержит два вида санкций для граждан, неработающих более 183 дней в году: это выплата полной стоимости услуг водо-тепло-газоснабжения (если имеется счетчик) и ограничение на получение льготных кредитов. Однако, о массовом применении даже этих санкций на сегодняшний день информации нет. 


Флагшток   


Злосчастный мост. Стал известен повод репрессий против гомельского архитектора Шабуневского

| История

Короткая заметка позволяет предположить, что формальным поводом для преследования стали последствия природного явления, которые в итоге были превращены в политическое дело.

Загадка Урубеля: забыты гомельскі містык канца ХІХ стагоддзя

| История

1933 год. На старонках польскай газеты з’явіўся незвычайны артыкул, у якім некалькі разоў узгадваецца Гомель. У ім вядомы польскі экстрасэнс Стэфан Асавецкі апісаў сваю сустрэчу з гомельскім містыкам Урубелем. Сёння гэта, бадай, адзіная вядомая крыніца пра гэтага загадкавага чалавека.

Закінутая вёска ў зоне адчужэння: як выглядаў маёнтак у Дзям’янках сто гадоў таму

| История

Перад вамі — 3D-рэканструкцыя сядзібы ў вёсцы Дзям’янкі, аднаго з самых загадкавых і малавядомых месцаў паўднёва-ўсходняй Беларусі. Сёння Дзям’янкі, а яе галоўны сімвал — руіны маёнтка, якія і цяпер вылучаюцца сярод закінутай мясцовасці.